Вернуться на главную страницу архива


Яков Ильич Некрасов — врач, милостию Божьей

(профессор, доктор)
(1880 — 1944 гг.)

Мой дед — Яков Ильич Некрасов родился в Орловской губернии в 1880 году в семье крепостного крестьянина (последний ребенок). О его жизни в детском возрасте почти ничего неизвестно. Но определенно знаю только одно — он всего в жизни добивался сам.

Из его автобиографии:
"В 1902 году окончил Императорский Московский государственный университет со званием лекаря с отличием и свидетельством на звание уездного врача. Остался сверхштатным ассистентом при кафедре Общей хирургической патологии профессора Спижарного, где и начал специализироваться по ортопедии.

Занимался созданием музея по ортопедии, устройством гимнастического зала и проводил занятия со студентами.

В марте 1903 года, оставаясь при кафедре, беру место уездного врача III участка Московского уезда и занимался этой деятельностью до апреля 1904 года. В мае 1903 года делаю доклад в хирургическом обществе на тему: "Одеревенелость позвоночника"" *.

Началась Русско-Японская война и 14 апреля 1904 года мой дед Яков Ильич Некрасов выезжает на Дальний Восток, командированный Российским обществом Красного Креста в составе отрядов Всероссийского объединенного дворянства. Вместе с ним на фронт едет его жена — Надежда Максимовна — моя бабушка (из семьи купцов Гладилиных).


1905 год 11 июля, город Чита
Из автобиографии:
"С 15 мая по 15 августа 1904 года работал в городе Харбине в качестве ординатора Хирургического госпиталя при заведении доктора П.И. Постникова.

С 15 августа по 1 октября работал старшим врачом сперва летучего отряда при 31 Дивизии, причем участвовал в боях при Шахе и Сандену, а затем — старшим врачом палаточного отряда на 100 коек".

Такая важная подробность: у нас на даче стоит на камине корпус от снаряда. Снаряд упал рядом с Дедом …- и не разорвался. Снаряд — японский (типа шрапнель, которая взрывается в воздухе и убивает рядом все живое). Вот такое, к счастью, иногда бывает! По просьбе Деда снаряд разрядили. И позднее он сделал из него подставку для настольной лампы. Видимо он стал для него талисманом.

Из автобиографии:
"С 1 октября 1904 года по март 1905 года заведовал офицерским отделением на 110 кроватей в городе Харбине и, кроме того, совместно с докторами Н.К Холиным и П.А. Герценом оперировал в других отделениях дворянской Организации в Харбине (в общем, за время войны проделал самостоятельно свыше 1000 крупных операций).

В конце марта 1905 года был в командировке в городе Чите, где подготовлял базу для складов дворянской организации.

С 15 мая по 15 сентября — старший врач санитарного поезда (первые теплушечные поезда) для перевозки больных и раненых между Гунджулиос — Харбин — Иркутск — Хабаровск — Владивосток — Нерчинск".

Яков Ильич был награжден серебряным знаком за участие в Русско-Японской войне, (сохранился). На нем написано: Дворянская организация — Красный Крест — Дальний Восток 1904-1905 гг.

В начале ноября 1905 года он с семьей вернулся в Москву (у него в Харбине в 1904 году родилась дочь Надежда).

Из автобиографии:
"Работал ассистентом поликлиники до 1 сентября 1906 года. Во время вооруженного восстания — декабрь 1905 года работал врачом Клинической организации помощи раненным".

Далее начинается новый плодотворный этап его жизни, который продлится целых 12 лет. Он становится земским врачом. Врач — милостию Божьей — терапевт и хирург!

1 сентября 1906 года он переезжает в городок Наро-Фоминск, Верейского уезда, Московской губернии. Работает врачом фабрично-земской больницы при фабрике Товарищества Эмиль Циндель под руководством Николая Петровича Аносова и затем сменяет его на посту заведующего. О том, что это опытный и талантливый врач говорит и полученное им вскоре звание надворного советника, что в армейских частях приравнивалось к званию подполковника.

В справочной книге Московской губернии за 1890 год говорится о том, что в селе Нара-Фоминском (сейчас оно называется Наро-Фоминское) имеется больница на 35 кроватей, которой заведует доктор П.А. Солюс. Больница была создана благодаря совместным усилиям Верейского земства и владельца фабрик Василия Якунчикова

Вот несколько сохранившихся старинных открыток Нары.

НАРО-ФОМИНСКОЕ. Фабрика Товарищества Э. Циндель
НАРО-ФОМИНСКОЕ. Фабрика Товарищества Э. Циндель


НАРО-ФОМИНСКОЕ. Мост через р. Нару
НАРО-ФОМИНСКОЕ. Мост через р. Нару

О том, сколько приходилось работать земскому врачу Некрасову Якову Ильичу, говорят строки из его автобиографии:

"1907 — 1913 годы.

А. Больничная деятельность: переустройство больницы, постройка нового родильного отделения, полное переустройство остальных зданий больницы, постройка хозяйственных помещений — кухни, погреба и прочего.
Заведовал больницей и работал по хирургии главным образом, а также и по гинекологии и болезням уха, горла и носа. Обе специальности вынужден был изучить, так как требовалась, возможно, более квалифицированная помощь фабричному населению, а врачей было всего два. С 1907 года — три врача, с 1909 года — четыре (хирург, акушер, детский врач и терапевт).
Оперировал по всем специальностям. Среднее количество операций в год, не считая мелких, от 250 до 300.

Б. Участковая деятельность: обслуживание больных участка (около 30-ти селений — выезды).
Организация оспопрививания, устройство передвижных выставок, устройство летних яслей — в Танирове и Каменском (год забыл).
Участие в санитарных советах — уездных (Верейском и Боровском), губернских — в Москве и в Калуге.
Разработка планов школ Верейского уезда, Боровского уезда, Наро-Фоминских.
В Наре — попечительство Мальковской начальной школы Боровского уезда, организация высшей ступени школы в Наре — в объеме 5 — 8 классов гимназии, организация Общества среди рабочих и служащих по устройству и содержанию означенной школы (теперь трудовая школа II ступени) совместно с инженером И.Г. Поповым.
Разработка сети участковых больниц Верейского и Боровского уездов. В последнем, — совместно с санитарным врачом А.П. Смирновым; там же — составляли проекты и наблюдали за постройкой по этому проекту Каменской участковой больницы совместно с местным фабрикантом А.И. Читовым.

В. Санитарная деятельность.
  1. Наблюдение за санитарным состоянием Наро-Фоминского поселка (Наро-Фоминск и Мальково). Систематический осмотр торговых заведений и базаров, наблюдение за боенским промыслом и торговлей мясом.
  2. Разработка вопроса о водоснабжении и канализации поселка — проработка проектов биологического фильтра, полей фильтрации первой очереди, полей орошения второй очереди (у больницы) и третьей очереди (у казарм).
  3. Разработка проектов казарм для рабочих, общежитий для служащих, клуба.
  4. Организация борьбы с насекомыми в казармах (периодическая дезинфекция и дезинсекция) — устройство дезинфекционной камеры в больницах, дезинфекционных изоляторов в казармах, постройка дома пропускника для заразных больных незакончено вследствие начала войны. Теперь, кажется, общежитие.
  5. Организация описания водоемов по участку.
Санитарная деятельность вызвала живую активную связь с Санитарным бюро Московской губернии Земства

Г. Общественная деятельность.
  1. Устройство лекций для рабочих.
  2. Работа в больничной кассе.
  3. организация кассы взаимопомощи совместно с инженером В.Г. Поповым (закрыта губернатором).
  4. Организация осмотра рабочих, поступающих на фабрику (зачатки проф. отбора).
Д. Организация и ведение с 1908 по 1917 годы освидетельствования рабочих, получивших повреждения".

Просто невозможно перечислить все, проделанное одним Человеком! Кажется — это невозможно было сделать!

Отвлекусь немного от временного повествования и расскажу, как жили врачи в те времена и какие деньги зарабатывали.

В те годы повышается защищенность медицинского персонала. Медицинские работники могли участвовать в специальной кассе для накопления пенсии, которая складывалась от отчисления их заработка и приплат Земства. Они получали обязательный отпуск (месяц — для врачей). Каждые три года врачам предоставлялась оплачиваемая научная командировка. Зарплата земского врача в сельской местности была не менее 1200 рублей и каждые три года увеличивалась на 10% до 1800 рублей. Дополнительно выделялись средства на покупку научной литературы и содержание квартиры (взято с сайта http://osnova-nf.ru).

В нашем архиве сохранилось много открыток, которые посылали Якову Ильичу его пациенты, уезжая на отдых или на лечение в летние месяцы в разные страны Европы. Эта открытка интересна еще и тем, что она послана 100 лет тому назад из вошедшей позже в историю Германии пивной Хоф Брау Хауз в городе Мюнхене. Как свидетельствует текст письма, пациенты Якова Ильича очень тепло относились к своему доктору.


Открытка, отправленная Якову Ильичу его пациентом из Мюнхена.



Оборотная сторона открытки.


Вот еще старинные фотографии города Наро-Фоминска, которые сохранились в архивах моего Деда.

НАРО-ФОМИНСКОЕ. Дача Князя Щербатова
НАРО-ФОМИНСКОЕ. Дача Князя Щербатова


НАРО-ФОМИНСКОЕ. Река Нара
НАРО-ФОМИНСКОЕ. Река Нара


НАРО-ФОМИНСКОЕ. Мост через р. Нару
НАРО-ФОМИНСКОЕ. Мост через р. Нару


1914 год — началась Первая мировая война.

Московское губернское земство принимает решение развернуть в счет своих средств и благотворительных пожертвований сеть госпиталей.

"Учитывая хорошую оснащенность больницы, высокую квалификацию докторов и медицинских сестер, удобное расположение возле железной дороги, с первых дней войны в окрестностях села Нара-Фоминское было устроено несколько госпиталей. По поручению Московского губернского общества Красного Креста этой организацией занимался князь С.А. Щербатов. Кроме того, для солдат отравленных газами, князь построил лазарет с большими окнами в сосновом лесу. Госпитали часто посещали священники. Они исповедовали и причащали раненых, отпевали и провожали в последний путь умерших солдат.

Всеми этими учреждениями, по словам князя Щербатова, заведовал никогда не унывающий доктор — Яков Ильич Некрасов, он был "дельным, энергичным, на вид колючим, черствым, а на самом деле, добрейшим земским врачом. Весь горящий чувством долга и увлеченный огромной работой, он, не покладая рук, оперировал, лечил, делал повязки, носился от одного лазарета к другому". Его способности были оценены и новой властью".
Взято из статьи Людмилы Дубининой в газете "Основа".

К весне 1915 года в Наре действовало 22 госпиталя на 1500 коек. Эти данные можно найти в сводках губернского комитета.

Ко всему этому еще нужно добавить бесконечное число мероприятий, таких как организация продовольственного пункта, устройство сапожной, шапочной, портняжной, деревообрабатывающей и ортопедической мастерских.

Раненые (свои и пленные) поступали в Нару до 1918 года включительно. Надо было проводить хирургические операции, лечить людей, заболевших тифом, испанкой, сифилисом, бороться со вшами…

Положение осложняется еще большим количеством беженцев, беспризорных детей, для которых князем Щербатовым был создан приют.

В 1916 году — поездка в Петроград для изучения протезного дела. Проведение сельскохозяйственной переписи в Уезде. Организация продовольственного совещания — председатель, подготовка и введение продовольственных сахарных карточек. Устройство сырьевого пункта по сбору кож.

Еще из автобиографии Я.И. Некрасова:
"1917 год. Комиссарство в Наро-Фоминском районе: Половина августа — сентябрь — 10 октября командирован главой Комитета Всероссийского Зак. Союза помощи больным и раненым на Кавказ для ревизии госпиталей (объезд групп, Грозный — Горячеводск и пр.).

Октябрь 1917 года — с Левицким в губернской управе, организация отрядов Красного Креста помощи раненым по Москве.

1918 год. Ноябрь — декабрь — январь. Большая часть времени проводится в Наре, где идет ликвидация госпиталей. С начала революции работа в больнице за неимением времени резко сокращается. Больницу ведет сперва доктор Громов, а с весны вернувшийся с войны доктор В.И. Галдобин. Моя работа сводится к консультанству по всем вопросам и оперированию больных один — два раза в неделю.

С января по май — больше работы в Москве, т.к. был выбран в Губернский продовольственный комитет, где и оставался до роспуска его и затем комиссаром.

Май. Выбран и утвержден эпидемиологом губернского Земства. В Наре остаюсь заведующим врачом с приездами каждую неделю на два дня.

В губернии — кроме работы врача эпидемиолога — организация и заведование отделом снабжения.

Осенью 1918 года из Губернского управления — переезд в отдел Здравоохранения в город Москву (Воротниковский переулок д. 4)".

"В августе 1918 года было взято в ведение Губернского отдела здравоохранения имение Феррейна в Подольском уезде с небольшой плантацией лекарственных растений, и мне была поручена организация в этом имении Опытной станции по культуре лекарственных растений и курсов инструкторов по культуре и сбору лекарственных растений.

В январе 1919 года в Битце устроена школа для этой цели, просуществовавшая, кажется, до 1923 года, когда она была переведена в соседнее имение "Знаменское".

Одна из больших заслуг "Битцы" состояла в том, что во время эпидемий в 1919-1920 годах вся губерния снабжалась лекарственными растениями со своих плантаций".

Таким образом, Яков Ильич Некрасов находился у истоков создания первого в стране хозяйства по выращиваю лекарственных растений — "Битцы".

А вот несколько недель назад читаю в Интернете о праздновании 70-летия ВИЛАРа — и ни одного слова не сказано о человеке, который стоял у истоков его создания — докторе Некрасове Якове Ильиче. Как-то становится грустно! Как быстро мы забываем о людях, которые еще совсем недавно самоотверженно работали в тех очень непростых условиях.

А вот подробности быта Якова Ильича в Наро-Фоминске: его семья — жена Надежда Максимовна, две дочери — Надежда и Марина, и сын Юрий. Город предоставил ему большую квартиру в двухэтажном особняке. Там же проживал провизор, и была аптека.

Случайно сохранилась фотография кабинета-гостиной квартиры Я.И. Некрасова

Кабинет-гостиной квартиры Я.И. Некрасова

Некоторые из вещей этой гостиной сохранены и являются семейными реликвиями.

Яков Ильич был разносторонним человеком, например, кресло из гостиной, которое видно на фотографии, сделано по его рисунку из цельного дуба. Оно сохранилось и сейчас стоит рядом с камином у нас на даче. Он мог починить любой из редких по тому времени электрических приборов, хорошо владел столярными инструментами, всегда был душой компании.

Его правнучка Екатерина Пригорева пишет (газета "Экстра-М" № 49 за 2000 г.),
"что местные власти назначили ему жалованье — не маленькое, но в то же время и не очень большое. Хотя частная практика не возбранялась, Яков Ильич не считал для себя возможным получать зарплату и одновременно иметь побочные заработки. Распространялось это на всех пациентов. Но — ох уж эта российская глубинка! — никто не приходил с пустыми руками: убоина, молоко, яйца, овощи, фрукты, варенья-соленья регулярно доставлялись пациентами, и их родственниками. Его младшая дочь Марина Яковлевна до сих пор вспоминает вкуснейшие свежие сливки, маринованные грибы, которые привозили по приказу матушки Анфисы, настоятельницы женского монастыря в Зосимовой Пустыне".

Яков Ильич Некрасов с Надеждой Максимовной (около 1902 года)

Еще немного из его автобиографии:

"1920-1921 годы. Работа в Губернском отделе здравоохранения шла по линии организации госпиталей для сыпнотифозных (около 2000 коек), организация и заведование отрядами по линии снабжения всех лечебных учреждений Московской губернии.

В 1919 году весной в здании бывшей лечебницы Слетова (Садово-Триумфальная 13) был организован диагностический институт для обслуживания всей губернии, к работе был привлечен ряд профессоров московских университетов.

В 1922 году этот институт был переведен в больницу им. Достоевского, где осенью были организованы курсы для врачей-ускоренников 1920 года, а весной — первая сессия курсов для врачей Москвы и Московской губернии (институт переименован в Московский клинический институт для врачей).

В 1923 году осенью институт переведен в Старо-Екатерининскую больницу, где он просуществовал один год, пропустив две сессии врачей и, в конце концов, был ликвидирован, по причинам, мне неясным. В институте я с самого начала и до конца был на ролях товарища-директора (подробно смотри в первой книжке трудов института).

В 1920 году организация в городе Дмитрове школы для глухонемых детей рабочих и крестьян Московской губернии — о чем подробности к И. В. Новохатному.

Летом 1921 года — слияние губернских городских отделов, переезд на Тверскую: я — в качестве зам. Зава. хозяйственной частью (заведующий доктор Грауерман) и заведующий п.о. участковой медицины".

Еще из автобиографии:

"…в декабре 1921 года избран на кафедру Обществ. Медиц. Высшей Московск. Мед Школы — лекции там зимой и осенью1922 года до момента ликвидации кафедры и перехода ее в кафедру Социальной медицины с профессором Семашко во главе. Ассистент — доктор Дьяков. 1922 год — весна — распря с Обухом, оставление п/отд. участковой медицины, заболевание активным ТБЦ, лечение четыре месяца и возвращение в Мосздравотдел на роль врача для поручений при Научно-Консультационной Комиссии.

В 1922 году (наверно не помню) организация Совета Научных институтов Мосздрава — первый председатель — Коршун. Работал до закрытия Клинич. Института, после чего я в совет больше не входил — выбыл естественным порядком.

В эти же годы большая работа в санитарном отделе, сперва по устройству совхозов. А затем консультанта и лица ревиз. хоз. администр. деятельность санаториев и домов отдыха.

Инициатива и работа по составлению санитарных характеристик санаториев — подробности у Розанова.

В 1924 году поездка в Крым по поручению Говорикова …… разработка проектов санатория. Надзор за строительством. 9 декабря 1926 года открытие санатория.

1925-1927 гг. работа в Наркомздраве в качестве консультанта по санитарным вопросам — главным образом по вопросам больничного строительства

Участие во Всероссийском совещании по больничному строительству.

С октября 1927 года — организация курсов врачей-администраторов Наркомздрава и заведование ими в 1928 году".

К сожалению, на этом автобиография обрывается.

Но и из всего этого кусочка автобиографии ясно, — какие это были честные, трудолюбивые, патриотически настроенные и самоотверженные люди!

После переезда Наркомздрава из дома № 4 по Воротниковскому переулку в другое здание, власти предоставили все квартиры врачам. Одну из них получил мой Дед — квартиру № 4. Интересно, что на той же лестничной площадке квартиру № 3 получил по личному распоряжению В.И. Ленина врач Обух, бывший в те годы лечащим врачом В.И. Ленина.

Каким прекрасным врачом — профессионалом высокого полета был Я.И. Некрасов, говорит и красноречивый факт: новые жильцы (только врачи) написали ему на фотографии этого дома такие слова: "Дорогой Яков Ильич! Дом № 4 приветствует Вас как своего придворного врача. Все мы чувствуем себя под большой защитой от нашего врага — болезней, зная, что Яков Ильич всегда на страже, всегда с охотой придет на помощь, придет нас поддержать". И — подписи всех жильцов. Это пишет его правнучка Екатерина Пригорева в статье "Земский врач".

В свою большую московскую квартиру мой Дед поселил двух своих сестер: Прасковью Ильиничну и Марию Ильиничну, которые практически не получали пенсии. Благодаря Якову Ильичу — они не бедствовали.

Интересная деталь: у Якова Ильича был брат — Петр Ильич Некрасов — метеоролог, сосланный в конце 20-х годов ушедшего века по какому-то политическому обвинению. Когда он вышел на свободу и вернулся в Москву, то Яков Ильич прописал его в своей квартире. Сколько же нужно было иметь мужества в те страшные времена, когда аресты шли одни за другими!

Кроме "московской" родни, в городе Орле, откуда он был родом, имелось довольно много родственников, связь с которыми он поддерживал на протяжении всей своей жизни и помогал им.

Еще подробности: хотя Яков Ильич перестал практиковать в Наро-Фоминске, т.к. уже работал в Москве, к нему до самого начала войны в Москву приезжали консультироваться жители, которые помнили "своего доктора"! Интересно, что эта память сохранилась и в послевоенные годы, когда Якова Ильича уже не было в живых.

Такая интересная деталь: одна жительница Наро-Фоминска перед войной приехала к нему в Москву на консультацию и в подарок привезла живую курицу, думая, что ее пустят на еду. Однако в семье Якова Ильича ни у кого не поднялась рука на эту птицу. Ей сделали клетку в квартире, и она там долго жила, иногда вылетая из окна со второго этажа. И милиционер (рядом был пост у сберкассы) кричал нам в окно: "доктор, ваша курица улетела".

Еще некоторые подробности: в конце 20-х — 30-х годов прошлого века он работал врачом-консультантом в поликлинике Государственного академического Большого театра. В его архиве хранилась масса фотографий известных артистов театра с теплыми дарственными надписями. К сожалению, они не сохранились.

Далее (в предвоенные годы) — Яков Ильич продолжал заниматься врачебной практикой в нескольких московских больницах (в частности — в Ховрино в качестве лечащего врача; в больнице НКПС — как консультант и др.).

Однако большую часть его времени занимала работа в Наркомздраве СССР и в Мосздраве в качестве консультанта по проектированию и строительству лечебных учреждений по всей территории Советского Союза, и в связи с этим он часто выезжал в командировки в те места, где происходило строительство

В нашем архиве сохранилась записная книжка, где Яков Ильич записывал деловые встречи, совещания, командировки, в которых обсуждались вопросы строительства и проектирования больниц, санаториев, бань и других сооружений.

Например, июль 1935 года начинается записью: "5 июля, воскресенье — перелет в Алма-Ату — полтора дня" (так в то время работал Аэрофлот) и далее — "поездка в район Медео". Это было связано с совещаниями в Алма-Ате по строительству лечебных учреждений в этом районе. "30 октября 1935 года — Сочи — сдана водолечебница. Ноябрь 1935 года — Наркомтяжпром (сдан детский сад). 24 декабря — лекции — Второй Медвуз" и так далее.

На страницах записной книжки перечислены многие учреждения, с которыми ему пришлось работать в связи со строительством больниц, поликлиник, санаториев: Наркомлегпром, ЦИПИ, ВТСИ, Центральный институт экспериментальной медицины, Институт тропической медицины, НКПС и другие.

Часто встречаются такие записи НКЗдрав — Иркутск, НКЗдрав — Омск, НКЗдрав — Фрунзе, НКЗдрав — Сочи, Хоста, Поти, Херсон, где речь идет о консультациях и совещаниях по строительству больниц и санаториев. Подобных записей множество.

И так каждый месяц и ни одного свободного дня! Это говорит о насыщенной и напряженной деятельности Якова Ильича Некрасова в предвоенные годы.

Читал лекции в Институте повышения квалификации медицинских работников, одним из основателей которого он был. Его портрет должен находиться в здании Института и в настоящее время, но точно об этом сказать не могу.

20 марта 1933 года получил благодарность от начальника военного госпиталя за отличную врачебную и организационную деятельность (находится в музее г. Наро-Фоминска).

В 1941 году началась Великая Отечественная война. И Яков Ильич Некрасов был сразу же назначен главным врачом госпиталя имени Октябрьской Революции, который в самые тяжелые годы войны принимал раненых солдат и офицеров, обслуживал население Москвы (располагался он в районе Маросейки). Этот госпиталь сначала был развернут в здании Центрального статистического управления, которое было эвакуировано, а затем переместился в школьное здание.

В военное время главный врач госпиталя находился на казарменном положении и должен был постоянно находиться на территории больницы. Все, кто работал вместе с ним в это тяжелое время, отмечали его внимание и постоянную заботу как о больных и раненых, так и неизменно уважительное отношение к медицинскому персоналу.

В связи с 40-летием врачебной деятельности Яков Ильич Некрасов в 1942 году получил много адресов и поздравлений, благодарностей и грамот.

В Краеведческом музее города Наро-Фоминска сохранилось несколько оригинальных текстов этих документов. В частности — от Исполнительного комитета Союза Красного креста и полумесяца, от начальника военного госпиталя, от заведующих хирургическим и терапевтическим отделениями госпиталя. Все они отмечали его отличную и самоотверженную работу; огромную помощь, оказываемую раненым солдатам и офицерам (ноябрь 1942 год).

Особенно отмечались его первоклассные пятиминутки, которые он проводил в начале рабочего дня в госпитале.

Его вклад в победу под Москвой был отмечен правительственной наградой.

Одновременно Яков Ильич Некрасов вел большую общественную работу по линии Моссовета, связанную с укреплением здравоохранения в городе Москве и Московской области.

Это был его последний медицинский пост…., который он сдал в 1944 году….

Важный "штрих к портрету": он очень любил животных. В нашей семье долго жила русская борзая по кличке Адам. Это был красивый пес еще старых "дворянских" кровей — из псарни Великого князя Константина. Однажды, когда дочь Якова Ильича гуляла с собакой около дома, мимо проезжал режиссер со студии Мосфильм. Он работал над фильмом из дореволюционной жизни России и попросил разрешения снять Адама в этом фильме. К сожалению, название картины в памяти моей затерялось. Однако в архивах Мосфильма где-то живет наш Адам.

"...Сегодня медицина в поисках оптимальной организации: быть ей государственной или частной, платной или безвозмездной. Быть может, и нам пора вспомнить, что самым уважаемым, самым добросовестным, самым гуманным на Руси искони был земский врач".
Из статьи его правнучки Екатерины.

Ну, вот вроде бы и все, что помню. Благодарю мою жену — Нину Владимировну, без которой не было бы этих воспоминаний и всех других моих помощников.



* Текст биографии Якова Ильича Некрасова сохранен в авторском стиле
Ипполит Ипполитович Дюмулен — внук Якова Ильича Некрасова
3 апреля 2007 года